Как охотники бухарского мархура спасли.

Когда Вас в следующий раз, вместе со всеми охотниками, обвинят в истреблении редчайших животных мира, помните, что Вы вправе просто рассмеяться в ответ. На данный момент правильная, регулируемая, неистощительная охота — самый эффективный инструмент охраны природы, известный человечеству. Примеров этого наберётся немало по всему миру. Один из них — история бухарского мархура в Таджикистане. 2107markhor10

Бухарский мархур стоял на грани исчезновения всего несколько десятилетий назад, но благодаря усилиям охотников, сейчас ему ничего не угрожает.

Бухарский мархур или винторогий козёл — необыкновенное животное. Неизвестно, почему эволюция снабдила его огромными рогами в форме штопора, но несомненно, что они — завидный трофей для горного охотника. Однако, в том, что численность мархура снижалась на протяжении многих десятилетий, виновата не трофейная охота. В горах Таджикистана охота на горную дичь, в том числе мархура — древняя традиция. В стародавние времена охота была скорее образом жизни, чем средством добычи пропитания. У охотников не было ни стимулов, ни особой возможности добывать больше, чем требовалось для удовлетворения их нехитрых потребностей. Но когда в горы пришла Советская власть, деревенские охотники стали промысловиками, а у промысловиков был план, который надо было выполнять — да и себя не забыть… К чести Советской власти, меры по охране природы постоянно применялись. Но вот эффективность этих мер, в случае с винторогим козлом, оказалась крайне низкой.  2107markhor7.jpg

На 1991 год в Таджикистане обитало не более 300 мархуров. Затем стало ещё хуже.

В первые годы после развала СССР экономические проблемы заставляли людей выживать любыми средствами. В стране шла кровопролитная гражданская война, и по горам бродило немало вооружённых людей. Что делать, если хочется кушать, в руках автомат Калашникова, а неподалёку бродит стадо горных козлов? Большинство людей, недолго думая, разрядит по стаду весь магазин, может, возьмёт одного-двух, а сколько ещё уйдёт умирать подранками… Когда война закончилась, добавилась новая угроза. Несмотря на то, что трофейная охота была официально запрещена, отдельные аутфиттеры всё равно организовывали незаконные туры, не только за горными баранами и винторогими козлами, но даже и за краснокнижным снежным барсом! Разумеется, организаторы таких туров ничего не делали ни для охраны угодий, ни для воспроизведения животных — да и не могли бы этим заниматься, при всём желании.  2107markhor11

Ситуация изменилась к лучшему благодаря охотникам Таджикистана

Всегда и везде, проблемы природы первыми замечают не горожане, и не крестьяне, а охотники. Как рассказывают специалисты организации «Охотничий и Природоохранный Альянс Таджикистана» (Hunting & Conservation Alliance Tajikistan, сокращённо H&CAT), когда они приезжали в горные деревни поговорить с местными охотниками, тему оскудения животного мира даже не приходилось поднимать. Сами охотники начинали общение с жалоб на то, что когда-то ходили по местным горам козлы да бараны целыми стадами, а теперь дичи так мало, что и охотиться нет смысла, только ноги бить. А специалисты H&CAT рассказывали им о тех возможностях, которые сулит организация охотничьих хозяйств и трофейная охота. «Ваши горы — всё равно, что ваш сад», говорили они. — «Если за молодыми деревьями следить, ухаживать, через несколько лет получишь плоды и твои труды окупятся сторицей. Так же и с дичью — беречь, не стрелять, дать расплодиться, а потом уже осторожно, чтобы не подорвать популяцию вновь, начать ограниченную охоту.» 2107markhor9

В 2008 году H&CAT запустило программу охраны окружающей среды с участием местных общин, финансируемой за счёт трофейной охоты, по образцу аналогичной эффективной программы в Пакистане.

Местным охотникам не нужно было долго объяснять суть предложения H&CAT. Трофейные охотники добывают весьма ограниченное количество зверя — как правило, старых самцов. За это они платят большие деньги, которые можно использовать для охраны природы. Аналогичные программы прекрасно работают по всему миру — например, в Пакистане, где при помощи выручки от трофейной охоты удалось восстановить популяцию местного подвида винторогого козла. В Таджикистане, конечно, была своя специфика. Местным охотникам для начала требовалось основать собственные охотхозяйства, чтобы иметь законную возможность проводить мероприятия по охране и мониторингу, а в перспективе — и проводить трофейную охоту. С помощью H&CAT и нескольких международных некоммерческих организаций, им это удалось. 2107markhor16

Лишь спустя годы упорного труда по охране от браконьеров и учёту животных местные охотники увидели денежную отдачу от трофейной охоты.

Местные общины, организовавшие свои охотничьи хозяйства, первые годы практически не получали финансовой поддержки. Сейчас представители H&CAT утверждают, что то, что у них не было денег оплачивать патрулирование угодий и тому подобные расходы, в конечном счёте оказалось к лучшему. Это позволило отсеять тех, кто не смотрел дальше сиюминутной выгоды, и работать только с неравнодушными людьми, искренне переживающими за судьбу родного края. Проект получил несколько небольших грантов, но они едва покрывали организационные расходы. Ряд природоохранных организаций, таких как GIZ и  Panthera Group, предоставили камеры слежения и прочую аппаратуру. При этом «Пантера» в Таджикистане занимается снежным барсом, но поддерживает проект H&CAT, из тех соображений, что без достаточной плотности диких копытных не будет и барса.  2107markhor

Усилиями охотников численность мархура выросла почти до 2000 голов, и появилась возможность открыть ограниченную трофейную охоту.

В 2016 году было выдано всего 6 лицензий на отстрел винторогого козла. В 2017 — 9. Это никак не может нанести ущерб популяции, которая, по данным независимых исследований, насчитывает порядка 1900 животных. Есть мнение, что отстрел лучших экземпляров может повредить генетике. Однако, экземпляры, достойные внимания трофейного охотника, как правило, находятся в весьма преклонном возрасте, и уже неоднократно передали свои гены потомству. При этом общее число животных, которых отстреливают люди, сокращается на несколько порядков. В каждом охотхозяйстве трудятся до десятка егерей, для которых зарплата вкупе с чаевыми намного превышают тот доход, который они могли бы извлечь от незаконной охоты, так что для них есть все резоны поддерживать высокую численность зверя. Наконец, когда местные общины получают прибыль от охотничьего туризма, у них появляется мотивация заботиться о фауне родного края, и меньше поводов браконьерить.   2107markhor8

Стоимость трофейной охоты на мархура начинается с 100 тысяч долларов. Из них 60% работает на охрану природы, а 40% идёт на улучшение жизни местных жителей.

В стране, где 70 долларов считается хорошей зарплатой, на доход от трофейной охоты можно многого добиться. Для глухой горной деревни уже тот факт, что десяток мужчин имеет стабильный ежемесячный заработок, имеет большое значение. Та часть выручки от трофейной охоты, которая перечисляется местным сообществам, идёт на строительство дорог и водопроводов, позволяет нанять дополнительных школьных учителей и поддерживать местных ребят, которые получают высшее образование. H&CAT даже дарит на свадьбы и праздники домашних баранов, чтобы не было нужды убивать диких животных на стол. И когда местные жители видят, как трофейная охота улучшает их жизнь, горные козлы для них уже не бесполезная помеха, и не кусок дармового мяса, а курица, которая несёт золотые яйца. 2107markhor13

Деньги от трофейной охоты + усилия местных охотников = много зверя.

Успех программы H&CAT обеспечивается тем, что на каждом этапе он осуществляется представителями охотничьего братства. Не только те, кто приезжает в горы Таджикистана за трофеями, но и организаторы программы, и исполнители — охотники. Егеря, охраняющие зверя в горах и обеспечивающие охоту клиентам — это те же традиционные местные охотники, которые сами охотятся в тех же угодьях на более распространённые и менее востребованные трофейщиками виды. Охраняя мархура, они одновременно способствуют процветанию всей горной фауны Таджикистана, от неохотничьих видов до дикого кабана, козерога, уриала, барана Марко Поло и даже снежного барса.2107markhor14

За успехи в деле охраны природы H&CAT получил престижную награду «Мархур» в 2014 году, и был принят в Международный союз охраны природы (IUCN) в 2017 году.

Даже такие природозащитные группы как Panthera, которые в принципе против трофейной охоты, признают и поддерживают работу H&CAT. Они официально заявляют: Таджикистан — страна слишком бедная, так что государство не может выделять серьёзные средства на охрану природы. Желающих просто посмотреть на животных туда калачом не заманишь — это вам не Кения: транспортная инфраструктура неразвита, да и Афганистан слишком близко. Так что единственным способом добыть достаточно средств для финансирования природоохранных проектов остаётся трофейная охота. Вдумайтесь — даже «зелёные» вынуждены признать, что

Правильная охота — самый эффективный инструмент охраны природы, известный на сегодняшний день.

Так что, если кто-нибудь в вашем присутствии начнёт требовать полного запрета охоты, спросите, что для этого человека дороже, субъективные представления о том, что этично что неэтично, или всё-таки благо природы? Потому что если второе, то простите, придётся если не поддерживать, то хотя бы терпеть организованную, правильную охоту. Может, когда-нибудь в будущем человечество и придумает что-то более подходящее под стандарты абстрактного гуманизма, но спасать природу надо сейчас, а более эффективной схемы просто не существует.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s